anvictory.org » Главная тема, Зарубежом, Крах империи, Путин, Трибуна » Западный журналист о путинском режиме

Западный журналист о путинском режиме

В Англии вышла в свет книга современного политического журналиста и аналитика Бена Джуда «Fragile Empire») (Хрупкая империя) с подзаголовком «Как Россия полюбила и разлюбила Владимира Путина». Бен Джуда неоднократно бывал и довольно долго жил в России, в должности корреспондента агентства Reuters. В своей новой книге Джуда рассматривает карьеру президента России и анализирует политическую ситуацию в стране.

В английских журналистских кругах Джуда известен как корреспондент, побывавший в самых удаленных уголках России. Чаще всего работающие в России зарубежные специалисты предпочитают не удаляться от столицы или от крупных областных центров. В отличие от них Бен Джуда умудрился посетить практически все российские провинции, изъездив Россию вдоль и поперек. Он посетил множество сибирских и уральских городов, побывал за Полярным кругом и на Колыме, объездил Северный Кавказ и Дальний Восток. И везде он общался с людьми, интересовался их мнениями, обычаями и жизнью. После очередного посещения Беном Джудой российской глубинки, он высказал ряд интересных суждений о России и россиянах.

По словам Джуда: «Главное впечатление, когда покидаешь пределы Москвы или Петербурга, – люди, живущие в провинциальных городах, либо сельские жители ощущают себя оставленными на произвол судьбы сразу обеими сторонами столичной элиты – как верховной властью, так и «креативной» оппозицией. Население на периферии считает, что оппозиция не является представителями их интересов, однако и президентская «Единая Россия» не имеет с народом ничего общего»

россися и путин

Бен Джуда обнаружил в российской глубинке нарастающее разочарование и недовольство путинским режимом. Однако это недовольство проявляется в других формах, нежели это делает оппозиция в Петербурге и Москве. Так, если в крупных городах люди выражают свое несогласие с правительством при помощи политических деклараций, протестных акций, используя романтический язык политологических и правозащитных понятий, то на периферии, где протестные тенденции не менее сильны, обычные люди говорят на традиционном языке, а недовольство у них вызывают в основном рутинные, бытовые проблемы: засилье бюрократии, отвратительные дороги, плохое медицинское обслуживание, препятствия на пути ведения малого бизнеса.

Бен Джуда пересек страну от Петербурга до Владивостока и обратно, и у него сформировалось мнение, что широко рекламируемое «путинское большинство», охватывающее провинциальных жителей и представителей рабочего класса – на самом деле простой миф. Те люди, которые слушают радио и смотрят центральные российские каналы, проинформированы о Нижнем Тагиле как о прибежище и оплоте сторонников Путина и его реформ, которые пообещали приехать в Москву и разобраться с недовольной оппозицией. Однако если вы приедете в Нижний Тагил, то вряд ли обнаружите какое-либо пропутинское движение, и уж тем более нет там политических объединений в поддержку Путина. Они присутствуют лишь в отчетах местной администрации. А персонал того же «Уралвагонзавода» открыто недоволен центральными властями, в которых они видят только не представляющую их интересы и коррумпированную клику. Рабочие жалуются на множество бытовых неустоек и не хотят сохранения путинского правления. Но при всем при этом они и не поддерживают столичную оппозицию, и одновременно игнорируют местных представителей от «Единой России».

Описывая в «Хрупкой империи» Россию, Бен Джуда неоднократно употребляет выражение «путинизм». Оно является одним из важных понятий в его анализе политического режима современной России. Можно ли предположить, что путинизм – это очередная идеология отечественного правящего класса?

В России много рассуждают, представляет ли путинизм идеологию или является разновидностью политической практики. Представляется, что это понятие однозначно не ассоциируется с идеологией так же, как, скажем например, личность Бориса Ельцина ассоциировалась с демократией, а Брежнева – с коммунизмом. Поэтому путинизм – это, конечно же, разносторонняя политическая практика, которая в одно и то же время формирует потребительское общество и пытается возродить вертикаль власти – бюрократическую централизованную иерархию советских времен.

Особая часть путинизма – создание романтического ореола вокруг силовых структур, насаждение культа имперского величия на фоне одновременной имитации функционирования цивилизованных демократических институтов, свойственных развитым демократиям.

Бен Джуда определил путинский режим как видеократию, а самого российского президента назвал «популистской телезвездой». По мнению журналиста, в Российской Федерации основным инструментом для управления страной и для контроля над настроениями ее народа стало подвластное государству телевидение.

В книге «Хрупкая империя» автор проанализировал явные и скрытые типы современных популистских и авторитарных режимов, а также их формы контроля над сознанием общества. Бен Джуда установли, что путинский режим очень схож с режимами, Эрдогана в Турции, Берлускони в Италии, Чавеса в Венесуэле. Характерно, что все эти режимы сформировали новый вид контроля за средствами массовой информации. Тотальный контроль над телевидением компенсируется некоторыми послаблениями в области радио или печати. Так телевидение в стране подконтрольно государству, однако оппозиция может высказывать свое мнение в «Новой газете» или на радиостанции «Эхо Москвы».

Если изучить статистику того, откуда население России получают информацию, то легко убедиться, что большинство людей получает сведения о различных событиях в мире и стране с помощью телевидения, и только очень малая часть населения черпает новости из печатных изданий. Таким образом, препарированная и цензурированная информация подается массовому зрителю, а интеллектуальному оппозиционному сообществу предоставляется малое свободное информационное пространство (интернет, радио, газеты).

В России, по сравнению с западными странами, телевидение появилось несколько позже. Первым телепрезидентом в США был Кеннеди. Именно он начал общаться с избирателями не через газеты, не по радио, а с экрана телевизора. В России образы всех ее верховных руководителей до Путина искажались или разрушались телевидением. Брежнев смотрелся на телеэкране скорее печально, чем величественно, вызывая лишь сочувственные насмешки. Горбачев первоначально воспринимался на телевидении довольно респектабельно, но вскоре потерял свой положительный имидж благодаря не всегда необходимому присутствию супруги, что раздражало рядового обывателя. Ельцин был довольно непрезентабелен на экране, так как его пороки становились слишком явными, что разрушало образ президента России.

Путин учел все эти негативные аспекты. На телевидении он выступает в роли отца нации и мужественного лидера. Такая презентация своей личности также свойственна и некоторым западным национальным лидерам, например, Сильвио Берлускони или Тони Блэру, которые тщательно контролируют свои телеобразы.

Таким образом, путинский телепопулизм отлично срабатывает, поскольку люди воспринимают его имидж так же, как обычно воспринимают киноактера либо известного рок-исполнителя.

 

Комментарии

3 комментариев на “Западный журналист о путинском режиме”
  1. Ветеринары без граниЦ:

    ? а разве он и европейсовские сохрюльники не клоуны ?

  2. историк:

    путин жидомасон и этим все сказано

  3. колян:

    им уготован путь Горби только в более темных тонах если что более серьезного не произойдет долго ждут оставшиеся мужики в  России сжимая вилы

Оставьте комментарий